Сколько стоит законное решение в молдавском суде?

Нет, мы не о взятках, хотя и они нередко имеют место быть. Мы о том, что судьям выдают зарплаты из наших карманов – из бюджета, который складывается, в том числе и из уплачиваемых нами налогов. И зарплаты эти, по инициативе президента, одобренной правительством, будут существенно повышены: до 15 тысяч леев, например, для судей Высшего совета магистратуры. Да и ладно бы (хотя даже при прежних зарплатах на содержание более 400 судей и аппарата судебной системы в 2012 году было потрачено 355 миллионов леев), если б мы были уверены: в случае чего сможем рассчитывать на справедливость Фемиды. Тем более, что реформа судебной системы, которая не предстоит, а якобы вовсю уже идет, предполагает не только высокие заработки вершителей правосудия, но и высокую ответственность за принимаемые решения. А вот этого-то как не было, так и нет! И посему надеяться, что завтра всё вмиг изменится, – по меньшей мере, наивно. А если так, то на что собираются потратить 125 миллионов евро наши европейские доноры? Или им неведомо, что творится в молдавских судах?

Может быть, кто-то, прочитав несколько нижеследующих судебных историй, отмахнётся: подумаешь, важность какая – ведь не об убийствах же или государственной измене идет речь, а о какой-то мелочи. Извините: во-первых, то что для кого-то – мелочь, для других – жизненная драма, а во-вторых, большое беззаконие в государстве начинается с малых, «частных» судейских «погрешностей»...

Закон нарушен? Наплевать!

На фактическую ликвидацию Каларашского лицея им. М. В. Ломоносова пресса республики в прошлом году откликнулась довольно громко, поэтому постараемся напомнить об обстоятельствах этого «акта оптимизации» как можно короче.

Сама история смахивает на сказку о лисе и зайце, приютившем рыжую плутовку в своей лубяной избушке, а затем изгнанным «квартиранткой».

В январе 2012 года в здание русского лицеяпо решениюгородских властей вселился молдавский лицей им. М. Садовяну. А в конце лета горсовет постановил реорганизовать (слить) эти два лицея в один молдавский. Причем, решение было принято в отпускной период, без учета мнения педколлектива и родителей учащихся, несмотря на то, что в ст. 22 действующего Закона РМ «О правах лиц, принадлежащим к национальным меньшинствам, и правовом статусе их организаций» ясно сказано: «При формировании и проведении политики в области культуры и образования национальных меньшинств правительство, министерства и ведомства, органы местного публичного управления консультируются с организациями лиц, принадлежащих к национальным меньшинствам, интересы которых затрагиваются соответствующими решениями». Да чихать хотела эта местная власть и на закон, и на русский лицей вместе с его педагогами, учениками и их родителями...

Но это не единственное нарушение закона. Горсовет принимал решение по предложению главы районного управления народного образования, а по закону должно быть: «Органы местного публичного управления первого уровня (к ним относится и примария города Калараш) вносят предложения (здесь и далее выделено нами. – Р. П.) об учреждении, реорганизации или ликвидации государственных средних учебных заведений, финансируемых их бюджета города» (ст. 401 ЗаконаРМ «Об образовании»), а районное управление образования уже принимает решение. Иными словами, вопрос о ликвидации лицея мог поставить только примар города который, кстати, был против, но никак ни районные власти, как было на самом деле. Можно еще привести ряд несоответствий закону с самых истоков «каларашского дела», но не будем «грузить» читателя, достаточно констатировать, что там были нарушены и закон, и компетенция, и процедура, а даже одного из перечисленного было бы достаточно, чтобы суд это решение отменил, ибо ст.26 Закона РМ об Административном суде гласит:

«Обжалуемый административный акт может быть аннулирован полностью или частично, если:

1. является незаконным по существу, будучи изданным в нарушение закона;

2. является незаконным, будучи изданным с нарушением компетенции;

3. является незаконным, будучи изданным с нарушением установленной процедуры».

В соответствии с этой нормой закона и рассчитывали защитить интересы детей педагоги и родители учащихся лицея им. М. В. Ломоносова, когда, не получив от местных властей в установленный регламентом 30-дневный срок ответа на свое заявление, при поддержке юристов Центра по защите прав российских соотечественников, проживающих в Молдове и Приднестровье, подготовили и направили иск в суд.

И были вполне удовлетворены, когда судья Каларашского районного суда П. Кодряну вынес определение о приостановлении реорганизации лицея до рассмотрения иска по существу. Таким образом, забрезжила надежда…

Ну а дальше происходит невероятное: истцы случайно узнают, что судья Кодряну менее чем через неделю своё же определение отменил! Почему случайно, спросите вы? А потому что – и снова в нарушение правовых норм – решение об отмене он принял втихаря, хотя следует это делать в открытом судебном заседании, в присутствии истцов и ответчиков. То есть страж закона беззастенчиво нарушил ст. 180, ч. 2 ГПК РМ, в которой сказано: «Вопрос об отмене ранее принятых мер по обеспечению иска разрешается в судебном заседании. Участники процесса извещаются о месте, дате и времени проведения судебного заседания...». Почему он так поступил, можно только догадываться...

Рассматривая это дело по-существу, судья Кодряну в конечном итоге вынес свой вердикт, основываясь исключительно на собственных предположениях, что шокировало не только юристов, но и его коллег по цеху – судей, по нашей просьбе знакомившихся с содержанием позорного решения.

Поэтому вполне логичным был следующий шаг истцов – их обращение в Кишиневскую апелляционную палату с требованием отменить, мягко говоря, спорную писанину Кодряну. На первом своем заседании (а всего их было три!) судьи так и сделали, провозгласив отмену незаконного решения судьи Кодряну. Но на последующих заседаниях их мнение резко изменилось в пользу того, чтобы оспариваемое решение оставить в силе. Так, в конечном итоге, и поступили, в очередной раз продемонстрировав приоритет политики в Молдове над законом.

Это решение особенно нелепо смотрится на фоне того, что Высший совет магистратуры РМ, куда была отправлены жалоба на Кодряну, установил: судья действительно нарушил закон, нарушил права истцов,а посему в отношении него выносится строгое дисциплинарное взыскание. Несколько месяцев спустя по причине правовой не компетенции Кодряну вообще освобождается от должности судьи. Может, пора повнимательнее присмотреться и к трем судьям Апелляционной палаты, виновных в том же? Назовем их имена: Домника Маноле, Нина Трачук, Евгения Фистикан.

Кстати, в Апелляционную палату истцами было представлено решение суда по абсолютно аналогичному делу – о незаконном закрытии гимназии в селе Олонешты Штефан-Водского района. Только, в отличие от суда Каларашского района, оно было законным. И Апелляционная палата в данном случае должна была бы исходить хотя бы из принципа единообразия толкования закона! «Нелепо, смешно, безрассудно, безумно», как поётся совсем по другому поводу в «Обыкновенном чуде». Хотя тут у нас не чудо – чудеса!

Тем временем «ломоносовцев», которым после вселения к ним лицея им. М. Садовяну был отдан в распоряжение целиком один этаж, оттуда выселили, разбросав классы по всему зданию, а точнее – по неприспособленным к учебному процессу каморкам, подсобкам и бывшим туалетам…

Любопытно, что этаж, который у «ломоносовцев» забрали, к началу 2012/2013 учебного года родители учащихся любовно отремонтировали, установили на свои деньги стеклопакеты – для своих детей ничего не жалко, последние копейки из кармана выскребешь. Теперь плодами их стараний пользуются совсем другие...

Давайте не будет делать вид, что мы ничего не понимаем. Молдова давно уже живет «под внешним управлением»: чтобы получать кредиты и гранты от европейских структур, наше руководство будет идти на любые «компромиссы», давать самые безумные обещания, связывать себя обязательствами, как, например, с проведением оптимизации в системе образования. Ради «высокой цели» и призрачных надежд лет через сто стать полноправным членом Евросоюза, Молдова в лице ее руководства пожертвует и национальным законодательством, и интересами собственного народа. А для этого судебная система должна быть ручной и легко манипулируемой...

Но это так, лирическое отступление...

...А от лицея им. М. В. Ломоносова остался пшик – как от педколлектива, так и от ученического: ребята теперь не могут общаться даже на переменках, которые они проводят в разных коридорах на разных этажах. Нет никаких следов присутствия русского лицея и на вывеске бывшего его здания: на ней гордо красуется только наименование лицея им. М. Садовяну: на государственном и английском (?!) языках.

Нет лицея – нет проблем?

Как бы не так: проблемы обязательно возникнут – и у горсовета, и у районного управления образования, и у служителей Фемиды, бессовестно попирающих законы и права национальных меньшинств: истцы и их помощники из Центра по защите прав российских соотечественников, проживающих в Молдове и Приднестровье, намерены идти дальше – вплоть до Европейского суда по правам человека. А как там оценят «художества» молдавского правосудия – несложно предугадать.

Хозяин – барин?

Не менее показательна другая история – с уже упомянутой гимназией в селе Олонешты Штефан-Водского района. Решением сельсовета села Олонешты русская гимназия была ликвидирована, а дети переведены в здание молдавского лицея. При этом условия для учащихся существенно ухудшились, а 70% педагогов были уволены. Истцы обратились в районный суд... Бесплатную юридическую помощь в борьбе за свои права им начали оказывать юристы Конгресса русских общин Молдовы.

В этом случае суд оказался на высоте – он отменил решение местных властей о закрытии гимназии. Но если вы думаете, что дело стали раскручивать в обратную сторону, и гимназия вернулась на свое место, то глубоко заблуждаетесь! Что нам суд? Председатель района В.Бузу так и заявил: мне неважно, что там решил ваш суд, – будет так, как решил я.

И за истекшие с момента принятия судебного решения полгода никто не привлек зарвавшегося «хозяйчика» к ответу, не отстранил его от должности. Куда смотрит избравший его районный совет? Почему бездействует надзирающий орган – прокуратура? Или у нас вообще не предусмотрено наказание за неисполнение судебных решений? Так в каком государстве мы тогда живем, если вместо провозглашаемой с высоких трибун демократии видим все признаки анархии?

Итак, 22 апреля 2013 г. решение суда Штефан-Водэ по русской гимназии села Олонешты вступило в законную силу. По логике, дальше все должно было следовать автоматически: гимназия возвращается в свои стены, вместе с педагогами и учениками. Но только в сказке всё делается быстро, по мановению волшебной палочки. А на деле...

Истцы вступили в затяжную переписку с теми, кто во исполнение признанного незаконным решения местного совета о ликвидации русской гимназии в Олонештах издавал приказы: «...все юридические последствия отмененных решений утратили свою силу. Поэтому мы требуем отменить все приказы, вынесенные на основании незаконных решений, восстановить русскую гимназию, осуществить перевод всех русских классов из помещения лицея «Хашдеу» в помещение русской гимназии Олонешт, восстановить весь штат работников русской гимназии и выплатить незаконно уволенным сотрудникам заработки...; учитывая, что нам были причинены нравственные страдания, просим возместить причиненный моральный вред».

Хотите знать, что ответило, например, управление народного образования Штефан-Водского района? Пожалуйста: «На ваше заявление № 134 от 5 июня управление образования Штефан Водэ информирует, что решение о ликвидации русской гимназии и ее поглощении молдавским лицеем было принято на заседании сельского совета села Олонешть. Управление образования не имеет права аннулировать данное решение». Трезвы ли были те, кто составлял этот ответ? Кто их просил «аннулировать решение»? Оно признано незаконным по решению суда! Ваше дело – исполнить это решение, то есть отменить свои приказы, изданные во исполнение решения местного совета!

А директор лицея им. Б. П. Хашдеу вообще в своем ответе договорился до того, что в исковом заявлении... нет ни одного аргумента, подтверждающего незаконность изданных администрацией лицея приказов! То есть то, что решение, на основании которого издавались приказы, судом признано незаконным, – совсем не аргумент для их отмены! Просто абсурд...

И таких отписок от всех, кому отправляли свои послания истцы, – воз и маленькая тележка. Переписка велась несколько месяцев – и оказалась безрезультатной.

Вот истинное торжество молдавского правосудия!

Все равны, но кто-то равнее?

В последнее время распространилась практика, когда суды начинают по-своему трактовать нормы права, игнорируя при этом права конкретных людей. В данном случае речь идет о том, что русскоязычных граждан заставляют переводить на молдавский язык те документы, которые они подают в суд. Ссылаются при этом на две статьи Гражданского процессуального кодекса, измененную в декабре прошлого года - 24-ю и 167-ю.

Попробуем разобраться. В прежней редакции п. 5 статьи 24 звучал так: «Процессуальные акты, которые вручаются лицам, заинтересованным в исходе дела, переводятся по их просьбе на язык, на котором велся процесс, или на язык, которым они пользовались в процессе...». В измененном варианте: «Судебные акты вручаются участникам процесса на языке, на котором ведется процесс или, по их просьбе, на государственном языке».

Конечно же, между ними – существенная разница, несмотря на то, что пункт 3 этой статьи остался без изменений: «Определением судебной инстанции может быть принято решение о проведении процесса на языке, приемлемом для большинства участников процесса». Это чистой воды лукавство, потому что суды у нас ведутся только на молдавском языке. Даже если большинство участников процесса им не владеют.

Однако вернемся к требованию судей о переводе предоставляемых документов на молдавский язык. Оно – НЕЗАКОННО! Где, в каком документе содержится такое требование? В уже упоминавшейся ст. 24 ГПК его нет! Повсеместно сейчас судьи ссылаются на ст. 167 ГПК, п. а), где сказано: «Если письменные доказательства составлены на иностранном языке, судебная инстанция может распорядиться о представлении их в переводе в установленном законом порядке». Но русский язык, в соответствии с органическим Законом о функционировании языков (а органический закон уступает в своем статусе только Конституции), является НЕ иностранным, а языком межнационального общения! Почувствуйте разницу, как говорится в известной рекламе. То есть его никак нельзя ставить в один ряд с китайским, шведским или суахили...

Но даже если допустить, что он «иностранный», то все равно в процитированной ст. 167 не сказано ни слова о переводе исковых заявлений – там названы только письменные доказательства. А в Кодексе каждое слово имеет значение. И слово, указанное в Кодексе, не может подлежать расширительному толкованию.

На всякий случай разъясним, чем оборачивается требование о переводе для подавшего иск гражданина. К письменным доказательствам может относиться целая куча документов, в том числе, например, контракт, составленный нотариусом, в котором, как правило, 4–5 страниц. А знаете, сколько стоит перевод одной страницы? В Кишиневе – от 80 леев и выше, в Штефан-Водэ – 200. И каждая должна быть заверена нотариусом! И не надейтесь, что вам удастся сэкономить на переводе, препоручив его знакомой учительнице молдавского языка или просто грамотному соседу-молдаванину: переводчик должен иметь лицензию и только при этих обстоятельствах судья признает законность сделанного перевода.

И разве кого-то из судей остановят справки от истцов о состоянии их здоровья, о размере пенсий, не дотягивающих до одной тысячи леев? И смотрят судьи при этом так, что в их глазах без труда читается: «Нет денег? Сиди дома и не рыпайся!».

Нет, дорогие (во всех смыслах) наши судьи! «Рыпаться» мы будем, и жаловаться на вас тоже будем – вплоть до судов международного уровня. Во-первых, потому, что вы нарушаете Основной закон - Конституцию нашей страны, причем сразу несколько ее положений: равенство перед законом (ст. 16 – «(1) Уважение и защита личности составляют первостепенную обязанность государства. (2) Все граждане Республики Молдова равны перед законом и властями независимо от расы, национальности, этнического происхождения, языка, религии, пола, взглядов, политической принадлежности, имущественного положения или социального происхождения»; свободный доступ к правосудию (ст. 20, п. 2 – «Ни один закон не может ограничить доступ к правосудию»; право противодействовать ущемлениям власти (ст. 53 – «(1) Лицо, ущемленное в каком-либо своем праве властью посредством какого-либо административного акта или неудовлетворением прошения в установленный срок, может добиваться признания своего права, отмены акта и возмещения ущерба; осуществление прав и свобод (ст. 54 – «(1) В Республике Молдова не могут быть приняты законы, запрещающие или умаляющие права и основные свободы человека и гражданина. (2) Осуществление прав и свобод не подлежит никаким ограничениям». (ст. 118» (2) Лица, не владеющие молдавским языком или не говорящие на нем, имеют право ознакомиться со всеми документами и материалами дела, изъясняться в суде через переводчика. (3) В соответствии с законом судопроизводство может вестись и на языке, приемлемом для большинства лиц, участвующих в судебном процессе»; обязательность вступивших в законную силу приговоров и других судебных решений – ст. 120 (привет Олонештам! – Р. П.) – «Соблюдение вступивших в законную силу приговоров и других судебных решений, а также содействие судам в ходе судебного процесса, в исполнении вступивших в законную силу приговоров и других судебных решений обязательны» – ну и целый ряд других, в частности ст. 4 «Права и свободы человека»: «(1) Конституционные положения о правах и свободах человека толкуются и применяются в соответствии со Всеобщей декларацией прав человека, пактами и другими договорами, одной из сторон которых является Республика Молдова. (2) При наличии несоответствий между пактами и договорами об основных правах человека, одной из сторон которых является Республика Молдова, и внутренними законами приоритет имеют международные нормы». Достаточно? Можно было бы привести еще целый ряд законов – и о функционировании языков, и о правах национальных меньшинств, но и Конституции в данном случае достаточно.

Заметьте: чаще всего ущемляются именно права национальных меньшинств, т.е. русскоязычных жителей Молдовы, особенно по языковому принципу.

* * *

В заключение хотелось бы сказать о том, что в суды люди обращаются в самом крайнем случае – как в последнюю инстанцию, которая может защитить их самих и их права. И если и там они этой защиты не находят, остается либо искать ее в международных судах или вообще плюнуть на всё – и уехать из государства, которое мало того, что не защищает, но и постоянно подчеркивает, что если ты – «не титульный», то и прав у тебя куда меньше.

Сейчас во всем мире и на всех уровнях борются с любыми видами дискриминации, и она считается одним из самых позорных явлений для страны, где это происходит. Думается, что рано или поздно, если у нас и далее будут столь же цинично ущемлять права национальных меньшинств, в том числе и на судебную защиту, Молдову призовут к ответу и путь в «Большую Европу» ей надолго будет заказан.

Автор: Регина Прокопова, pravfond.ru